Поперечный и Генцель пытались тем временем найти хоть какое-то разумное объяснение тому факту, что в Чечне у колодца боевиков отряда Джегадина лихо уничтожили мертвецы. Или точнее – мертвые российские солдаты.
Они, конечно, несколько раз встретились с профессором Албаняном, долго беседовали с ним, внимательно слушали доводы ученого. Но никак не могли с ними согласиться.
Потому что единственным допущением, способными как-то более менее рационально объяснить факт жизни м е р т в ы х уже солдат, по мнению Албаняна, могло быть лишь одно.
– Если мы сделаем возможным допущение, что тело человека живет лишь тогда, когда оно обладает комплексом качеств, который мы условно назовем душой, то получается, что лишившись души, тело тут же умирает. Оно не может функционировать без души! Но у нас тела солдат функционировали, и еще как!
– Да уж… – бормотал себе под нос Генцель.
– Шеи вон как лихо сворачивали! – вторил ему Поперечный. – И это были очень толстые шеи!
– Вот! – торжествующе поднимал вверх указательный палец профессор. – Сразу две несуразности! Во-первых, солдаты ведь мертвы? А во вторых – помните, я вам говорил, что убивали они так рационально, словно не люди действовали, а роботы! А значит, что?
– Что? – в один голос спрашивали майор и старший лейтенант.
– Что, во-первых, вместо своей каждый солдат получил другую душу, а так как, по нашим представлениям, тело успело умереть – он и действовал, будучи мертвым! Тело мертвое, а действует – значит, им что-то управляет, а мы с вами сделали допущение, что человеческое тело может заставить функционировать только душа!
– Да ну вас, Вано Татосович! – Махали на него руками материалисты-военные.
– Нет-нет, вы дослушайте до конца! Во-первых, своей души у них нет – она, так сказать, отлетела в мир иной в момент их убийства! Одного солдата – тремя ножами, другого – пулей! И раз солдаты умерли – и тут же ожили, значит, у них вновь появилась душа! Ну, не может же вернуться назад их собственная душа, так не бывает! Значит, была еще какая-то, другая, и об этом свидетельствует, в частности, тот факт, что солдаты действовали, не как должны бы действовать обыкновенные солдаты-саперы, а словно механизмы, роботы! И вот из этого я могу сделать лишь один, очень неприятный, вывод…
В этом месте профессор всегда задумывался и некоторое время молчал. Потому что и ему самому окончательный вывод казался слишком уж невероятным.
Молчали и оба офицера… Ведь тогда что получалось? А получалось, что это были не родные, земные души, а какие-то чужие… О возможности этого свидетельствовали ведь и данные перехватов военных радаров наземных и космических сил слежения, а также информация военных спутников…
Они не могли поверить, потому что в тот момент еще не могли познать истину. А истина заключалась в том, что силой свой энергии Дзенно, вселяясь в тело разумного существа, в случае, если это тело лишали жизни, то есть оно теряло остатки собственного д з е н н о, могли некоторое время заставлять его жизненные системы функционировать. Конечно, на совершенно иных принципах, поэтому для земных медиков тело было у ж е мертво, ну, а на деле, так сказать – практически, оно могло…
2
Первое, что сделал Виктор, вернувшись после отчета Совету Межгалактического Сообщества на Базу, это отвел в сторону Люка и негромко сказал ему:
– Люк, как адвокат, занимаясь нашими делами, вы, наверное, достаточно изучили правовую базу этого вселенского Содружества. И у меня к вам есть вопрос и просьба…
Через некоторое время Денисов построил всех и коротко проинформировал о том, что его отчет Совет принял, ну, а об остальном он скажет в неофициальной обстановке за банкетным столом.
– А пока я объявляю окончание работ и – начало О Т П У С К А!
– Ура-а-а! – тут же закричала и захлопала в ладоши Софи. – Отпуск, отпуск! А побежали в лес, на озеро! Купаться!
В почти взрослой на вид Софи-подростке по-прежнему жила маленькая девочка.
– Вольно, разойдись! – скомандовал смеющийся Денисов; он понимал своих товарищей.
И вот уже первыми ребята, а потом и взрослые бежали кто по тропинке, а кто – и прямо меж деревьями к озеру, сбрасывая, по примеру Софи и Лала одежду прямо на ходу. И так и врезались в прохладную гладь воды, которая вспенилась от энергичных движений людей, бьющих руками по поверхности, прыгающих, ныряющих, и все время что-то выкрикивающих…
А с неба им ласково улыбалось неземное, но уже почти ставшее родным солнышко.
– х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-х-
На Базе готовились отмечать окончание работ. Торжественным банкетом, как это и принято везде, во всем земном мире.
Столы решили накрыть на опушке леса, под кроной ближайшей самой большой «сосны». «Создали» столы, стулья. И скоро уже все помогали Олесе Богдановне носить из столовой кастрюли, судки, блюда и тарелки с закусками, нарезками, заедками. Возле каждого стула на столешнице красовались приборы, фужеры и рюмки, а по центральной линии стола выстроились многочисленные бутылки, бутыли и фляжки – стеклянные и глиняные, прозрачные и темные, блестевшие боками на солнце – и покрытые пылью, как и долженствует сосудам, веками хранившимся в винных погребах.
Лал и Рус, а чуть позже, и Рысь натаскали на стол и своих национальных блюд. В общем, все суетились, бегали туда-сюда и поглядывали на Денисова. Но Виктор пока что помалкивал.
А Малый тем временем «создавал» для себя свои блюда, и они, на взгляд остальных, выглядели не очень-то аппетитно…
Денисов окинул взглядом сидевших за столом. И встретил пятнадцать пар глаз, внимательно внимавшим ему.
Все собравшиеся за столом выглядели нарядно. Все надели праздничные одежды – кто-то – национальные, как, скажем Олеся Богдановна и Соня (на них были украинские одеяния с вышивкой); другие – европейские вечерние наряды. Женщины – вечерние открытые платья, мужчины – светлые костюмы фрачного фасона.
Виктора это порадовало. Он и сам сотворил себе летний светлый костюм, правда – спортивного покроя.
Встав с места, он постучал вилкой по тарелке и поднял бокал с шампанским.
– Друзья! – сказал он. – Хочу проинформировать о том, чем и как вознаградили нас за наш с вами труд галактиане…
И тут, останавливая его, поднял руку, привлекая к себе внимание, Майк.
– Командир! – сказал он. – Вы забыли, где мы находимся, и какие возможности имеются здесь. В отличие от, скажем, земных. И пока вы отчитывались в Совете, мы все собрались в кают-компании. И кто – в пространстве зала, ну, а кто на мониторах – как кому было удобнее и привычнее, следили и за вашим отчетом, и за дебатами в этом их Совете… – он шутовским поклоном в сторону комиссара сопроводил свои последние слова. – Так что мы в курсе всего!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
